Блоги

<< Ноябрь 2019  
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30  

Ты — репортер

X
Имя:Эл. почта:Телефон:Заголовок новости:Текст новости:

Введите текст на картинке

 
X
Имя:Эл. почта:Телефон:Тема статьи:Комментарий к теме:

Введите текст на картинке

 
Подписка на новости:
Создание сайтов, продвижение

Черный пиарщик Карлина обратился с открытым письмом к его преемнику.

05.11.2019

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ГУБЕРНАТОРУ В.П.ТОМЕНКО

Уважаемый Виктор Петрович!

2 ноября Вы на экстренном совещании приняли окончательное решение по поводу строительства отеля Radisson в Барнауле: в первоначально определенном месте (на пересечении улиц Молодежной и Социалистической) гостиницу строить не будут. При этом ни Вы, ни кто другой не отрицал и не отрицает важность и востребованность этого проекта для будущего края и его столицы. Вроде бы тема закрыта, но вопросы остаются... И надо явно извлекать уроки из этого «скверного дела». Потому как Вы, Виктор Петрович, думаю, прекрасно понимаете: повторение всей этой истории никому не нужно и может только повредить интересам дела. А дело у нас всех общее: развитие и процветание Алтайского края.

Для меня совершенно очевидно (хотя могу и ошибаться!), что Ваш вердикт был вынесен под давлением «общественности», а точнее – группы активистов, развернувших целую кампанию протеста в Интернете. В конце концов эти самые активисты пригрозили перенести протест из виртуального пространства на улицы Барнаула (было объявлено о проведении сразу нескольких митингов). Поводом для конфликта, напомню, стало то, что строительством якобы будет уничтожен сквер, примыкающий к будущей стройплощадке.

В течение двух месяцев страсти в соцсетях и в Интернете кипели. Противники строительства дошли до обвинений в коррупции, ультиматумов и угроз в адрес власти, несогласные с «протестантами» подвергались остракизму и оскорблениям. Понятно, что ни о какой демократической дискуссии или объективном обсуждении возникшей проблемы речи не шло. Социальные сети, увы, перестают быть местом для содержательной и полезной дискуссии. Причем очевидно (во всяком случае – для меня), что, несмотря на громкие заявления о защите городской экологии, так или иначе протест приобрел политический характер.

При этом на протяжении всего этого времени власть фактически безмолвствовала, ссылаясь на необходимость общественного волеизъявления. Было ясно, что чиновники вполне справедливо опасались повторения на Алтае скандальной ситуации «храм-сквер» в Екатеринбурге и не желали эскалации социальной напряженности. А потому и предпочли дистанцироваться, полагая, что их участие только повысит градус противостояния и получится как если бы пожар тушили бензином.

Впрочем, и общественные институты, как раз и созданные для сопряжения общественного мнения и государственных интересов, в обсуждении не участвовали. Складывалось впечатление, что никто из чиновников и общественников со статусом не знал, как реагировать, какую сторону принять и опасались сказать что-то не то.

Все просто ждали Вашего окончательного вердикта. Ведь именно Вы весной 2019 года, собственно говоря, и достигли предварительных договоренностей с инвестором о строительстве. Более того, тогда официальный сайт края написал даже о конкретном месте. Очевидно, что эта площадка (угол Молодежной и Социалистического) была предложена инвестору властями и согласована с ним.

И вот 2 ноября этот вердикт Вами был вынесен. Можно вполне считать такое решение Вашим политическим успехом. Можно считать его победой демократии. Думаю иначе: в противостоянии инвестора и «сетевых активистов», за которым пристально следили власти, в итоге победил Интернет, а не внятные и ясные процедуры, которые, по мнению некоторых политологов, и являются основной демократии. Впрочем, на мой взгляд, в этой коллизии больше проигравших, нежели победивших. И вот почему.

С одной стороны, власть в преддверии Дня согласия и примирения прислушалась к голосу "общественности". Это вроде бы хороший знак. Но вместе с тем надо признать, что далеко не вся общественность имела возможность и желание обсуждать проблему в таком формате и в такой риторике. Очевидно, что в данном случае «общественное мнение» было приватизировано небольшой группой «гражданских активистов», действовавших по принципу: кто громче крикнет, тот и прав.

Вместе с тем и чиновники, и существующие общественные институты по сути дела устранились от развернувшихся горячих споров, хотя речь шла о жизненно важной для экономики края проблеме с ценой вопроса в 1,5 – 2 млрд. рублей. Совершенно очевидно, что сегодня ни у власти (краевой и муниципальной), ни у статусных общественников (Общественные палаты края и города, Общественные советы при профильных министерствах и т.д.) нет инструментов участия в такого рода конфликтах, их урегулировании, формировании содержательной и продуктивной повестки, создании условий для по-настоящему демократических механизмов волеизъявления.

С другой стороны, создан опасный, на мой взгляд, прецедент, когда путем несложных манипуляций, нахрапистости, демагогии и популизма можно влиять на принятие властью того или иного принципиального решения. Вся эта коллизия показала, что "общественное мнение" вполне может быть приватизировано узкой группой лиц, использующих его для решения частных, корпоративных (бизнес-конкуренты) или политических (капитализация собственного имиджа, мобилизация электората) задач. Нынешнее "скверное дело" наглядно и пошагово продемонстрировало, как можно эффективно и не слишком затратно влиять на позицию властей, оказывать на них давление. Это опасный прецедент, угроза и вызов власти в будущем. Теперь, смею предположить, такие коллизии будут возникать чаще, а разруливать их будет, увы, сложнее.

В известном смысле «скверное дело» - это знак для потенциальных инвесторов и «момент истины» для правительства края. Ведь и вправду, такого в «инвестиционной истории» края еще не было. Во всяком случае, по масштабам, накалу страстей, технологиям и инструментарию. В экономической жизни региона появились новые факторы, прямо влияющие не только на инвестиции, но и на экономическую жизнь всего края. А значит, в конечном итоге – на жизнь всех жителей Алтая.

Совершенно понятно, что они (факторы) влекут за собой дополнительные риски и финансовые издержки для инвесторов, которым власть безусловно должна помогать.Причем не только в создании привлекательных финансово-экономических условий, снижении административно-бюрократических барьеров, но и во взаимодействии с общественностью, в формировании благоприятного общественно-политического климата.
В условиях усиления конкурентной борьбы за инвестиции между регионами и с учетом и без того не слишком высокой инвестпривлекательности Алтайского края несложно предположить, как нынешняя история может повлиять на инвестпроцесс, на инвестиционную привлекательность региона, на репутацию краевой власти как главного гаранта инвестиций.

С другой стороны, нельзя не отметить слабую подготовленность инвестпредложений. Ведь именно власть предложила эту площадку инвестору, а не он сам положил на нее глаз. А если она неприемлема для такой застройки, почему ее предложили инорегиональному инвестору? Почему это произошло и привело в конце концов к такому конфликту, который, на мой взгляд, нанес серьезный удар по инвестиционной репутации всего региона?

Виктор Петрович, вы прекрасно знаете, что потенциальные инвесторы следят за ситуацией в крае и прекрасно осознают, что неэффективность и индифферентность власти в случае возникновения таких коллизий создает очень серьезные инвестиционные риски. Поэтому считаю, что Вы, как губернатор, приняли правильное решение с политической точки зрения,и очень неоднозначное - с точки зрения экономической.

В результате инвестор потерял время, деньги, понес репутационные издержки и ушел со своими деньгами в другой регион. Его, грубо говоря, подставили))) В итоге, насколько мне известно, гостиницы здесь, в Барнауле - не будет. Не слишком ли высокую цену заплатил Алтайский край и его жители за политический «хайп» небольшой группы «гражданских активистов»? Стоит ли небольшой городской сквер очень локального значения, который к тому же можно было сохранить, 2 миллиардов рублей, сотен рабочих мест и прочих, как пишут в соцсетях, «ништяков»?..

Можно ли было избежать такой ситуации? Разве нельзя было найти компромисс и избежать скандального сценария, в котором краевая власть вынужденно играла не самую главную роль? Полагаю, вполне можно было. Я – не чиновник и не эксперт, не депутат и не политик, не предприниматель и даже не общественник. Поэтому вполне безответственно могу взять на себя смелость предложить следующее:

1. Необходима обязательная предварительная экспертиза всех инвестпроектов (во всяком случае крупных) с участием инвесторов, представителей профильных министерств и ведомств, органов местного самоуправления (муниципалитетов, где планируется осуществлять проекты), профильных комитетов АКЗС и представительных органов власти. Причем результаты экспертизы было бы хорошо публиковать.

2. Для оценки перспектив и хода осуществления инвестпроектов необходимо создание при Минэкономразвития постоянно действующего Общественно-консультативного совета. Туда могли бы быть включены руководители Минэкономразвития, представители министерств и ведомств, МСУ, АКЗС и органов представительной власти муниципалитетов, ОПАК и ОП муниципалитетов, ОНФ, представители общественных объединений бизнеса, АлтТПП и др.

3. Необходима разработка некой процедуры (например, регламента) по взаимодействию власти и бизнеса с общественностью в сфере осуществления инвестпроектов в Алтайском крае. Там должен быть сформулирован внятный перечень общественных институтов, с которыми должен взаимодействовать инвестор, ясный и понятный алгоритм последовательных действий, которые он должен пройти.

4. Необходимо рассматривать крупные инвестпроекты на заседании Правительства края с ясно и четко сформулированными выводами, оценками и поручениями соответствующим министерствам и ведомствам.

5. Предусмотреть и разработать комплекс мер по продвижению значимых для края инвестпроектов в публичном и медийном пространстве, для информирования граждан и разъяснения общественности значения, цели и предполагаемых практических результатов от их осуществления.

И в заключение. Уверен, что демократия и открытость – это не анархия и махновщина, а четко прописанные и неукоснительно соблюдаемые процедуры. Пока их, как показал скандал вокруг «Рэдиссона», нет. Поэтому и надо извлекать уроки. А учиться никогда и никому не поздно. Очень надеюсь, Виктор Петрович, что Вы правильно поймете мою озабоченность, а значит, и извините объясняемую ей некоторую сумбурность в изложении и излишнюю, наверное, категоричность в суждениях.

С уважением, Артем Кудинов.

4.11.2019

← Назад
X
Имя: Аватар: E-mail: Комментарий:

Введите текст на картинке

Нет комментариев

Elements not found