Блоги

<< Февраль 2019  
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28      

Ты — репортер

X
Имя:Эл. почта:Телефон:Заголовок новости:Текст новости:

Введите текст на картинке

 
X
Имя:Эл. почта:Телефон:Тема статьи:Комментарий к теме:

Введите текст на картинке

 
Подписка на новости:
Создание сайтов, продвижение

Это были наивные надежды юной идеалистки: новый взгляд New Republic на дело Бутиной.

12.02.2019

"Дело правительства в отношении Бутиной чрезвычайно надумано и, по-видимому, во многом обусловлено стремлением к публичности".

11 февраля влиятельный американский журнал New Republic  публикует большую статью, посвященную делу Марии Бутиной. Автор статьи Джеймс Бэмфорд - автор «Фабрики теней: сверхсекретный АНБ с 9/11 до подслушивания в Америке» и режиссер документальных фильмов для PBS. Один из наиболее влиятельных вашингтонских журналов – NR – возник в 1914 г.  Журнал придерживается являющейся мейнстримом в "большой" американской прессе леволиберальной позиции. Его собственником с 2012 г. является один из основателей популярной соцсети Крис Хъюз, которого зачастую называют "принцем Фейсбука".

В статье The Spy who wasn`t автор на основе серии подробных бесед с арестованной по обвинению с шпионаже русской студенткой делает вывод том, что "дело Бутиной" преимущественно стало возможным лишь в ситуации поиска врагов и, возможно, вдохновлено образами низкокачественных шпионских телесериалов.

"Стройная и стильная, с длинными рыжими волосами, стекающими по ее спине, Бутина, казалось, соответствовала стереотипу российского шпиона, популяризированного такими фигурами, как Анна Чепмен, российская спящий агент, арестованная в Нью-Йорке в 2010 году, а также вымышленная шпионка-соблазнительница в исполнении Дженнифер Лоуренс в фильме «Красный воробей»  и советский оперативник в исполнении Кери Рассел в сериале  «Американцы», - пишет Бэмфорд.

На основе изучения материалов вокруг дела и бесед с Бутиной, автор, однако, приходит к выводу, что русской девушкой двигали преимущественно идеалистические мотивы.

"И все же тщательное изучение дела Бутины говорит о том, что это не так. Бутина - просто идеалистичная молодая русская, родившаяся в последние дни Советского Союза, выросшая в новом мире капитализма и надеющаяся внести свой вклад в лучшее взаимопонимание между двумя странами, продолжая карьеру в международных отношениях. Свободно владеющая английским языком и заинтересованная в расширении прав на оружие в России, она встречалась с американцами в Москве и в частых поездках в Соединенные Штаты, налаживая связи с членами Национальной стрелковой ассоциации, важными фигурами в консервативном движении и амбициозными политиками. «Я думала, что это будет хорошая возможность сделать то, что я могу, как неоплачиваемый частный гражданин, а не государственный служащий, чтобы помочь объединить наши две страны», - сказала она мне", - отмечает он.

Бэмфорд отмечает важную отрицательную роль, которую в "деле Бутиной" сыграли "некритические СМИ, готовые принять идею российского агента, проникающего в консервативные политические круги, намеревались добиться победы". Их поддержка прокуроров, обвинявших молодую женщину, по оценке автора, была особо важна "несмотря на отсутствие доказательств". В итоге,  "в контексте расследования Мюллера и в обстановке, возникшей после выборов Трампа, идеалистическая встреча молодых русских с влиятельными американскими политическими деятелями звучала достаточно шпионской, чтобы продвигаться вперед", - пишет автор. «Слушай, я представляла, что могу оказаться в тюрьме в России. Я никогда не могла предположить, что я могу бы пойти в тюрьму в Соединенных Штатах", - цитирует Бэмфорд сделанное ему девушкой вскоре после ее ареста высказывание. «Я не знала, что иметь хорошие отношения с Россией стало преступлением, а теперь это преступление», - заявляла тогда оказавшаяся в тюрьме студентка.

Бэмфорд подробно рассказывает о российском периоде жизни Бутиной, о том, как она пришла к идее заняться правом граждан на оружие. Работа по этой тематике там была порой опасной - президент России Владимир Путин инстинктивно не доверяет активистским организациям, и слежка была повсеместной, утверждает автор, заявляя, что во время жизни в России  Бутина находилась под постоянным наблюдением ФСБ.

«За нами следили, - сказала мне Бутина, - но если вы не переступите черту, никто не пойдет в тюрьму. Возникает вопрос: пересекаете ли вы эту черту? Становитесь ли вы опасным для режима в определенный момент? У меня дома в прихожей лежала сумка на случай, если меня посадят, кто-нибудь может принести ее мне. Это моя реальность".  

Бэмфорд цитирует ставшую известной в ходе сливов хакеров группы Шалтай-болтай переписку чиновников кремлевской администрации, в которой упоминаются планы нейтрализации активности Бутиной в США по нормализации отношений двух стран. Он утверждает, что спецслужбы РФ при ее возвращениях в Россию пытались завербовать студентку, однако она не была заинтересована в этом.

Автор подробно останавливается на отношениях девушки с бывшим российским сенатором и замглавы Центробанка Александром Торшиным. Его интерес к нормализации отношений России и США автор также характеризует как в значительной мере идеалистический, связывая это с тем, что экс-сенатор воспринимал себя как выходца из поколения финала противостояния двух систем, "парня Горби". Он утверждает, что ее статус  помощницы Торшина был формальным: «Мои отношения с Торшиным похожи на дедушку», - сказала она мне".

Не было никаких доказательств того, что Бутина находилась под управлением, руководством или контролем российского правительства или Торшина, утверждает автор. "Торшин не проявлял никакой власти или власти над ней, и она не была обязана выполнять какой-либо приказ или просьбу. Она не может быть уволена, понижена в должности или переназначена им. «Я никогда не работал, мне никогда не платили правительство», - сказала мне Бутина, и ни одно доказательство этого не было предоставлено ФБР или прокуратурой".  

После избрания Трампа и ряда обвинений в российском вмешательстве политический климат в США стал еще более ядовитым, констатирует автор.

Крайне негативно Бэмфорд описывает проводимую американскими силовиками в течение ряда лет негласную слежку за Бутиной, намекая, что ее вероятная стоимость для налогоплательщиков (порядка $ 11 млн) многократно превосходила те скромные суммы, которые упоминаются в ходе следствия, как зачастую гипотетические бюджеты общественной деятельности Бутиной в США.

Он подчеркивает, что предъявленные ей в финале обвинения о деятельности в качестве незарегистрированного агента иностранных властей основаны на принятом в 1948 г. законе, который сенатор Джозеф Маккарти использовал, тогда, преувеличивая страхи перед проникновением коммунистической власти в американскую киноиндустрию и другие слои общества.

"Раньше мы шутили, что это то, что вы используете, если у вас не было никаких доказательств, потому что было бы так легко найти доказательства, есть ли они там или нет", - цитирует он отзыв об этом сомнительном законе бывшего руководителя контрразведки ФБР.

Арест Бутиной на таких основаниях создает чрезвычайно опасный прецедент, прогнозирует Бэмфорд. Он развязывает руки Кремлю для эскалации злоупотребления правом в качестве ответа на этот инцидент.

В финале статьи автор сравнивает российскую студентку с неожиданно оказавшейся падающей в бесконечную нору девочкой из ее любимых Приключений Алисы в Стране Чудес.

"Это были наивные надежды аспиранта, а не заговор кремлевского оперативника, как утверждало правительство США", - делает вывод автор.

← Назад
X
Имя: Аватар: E-mail: Комментарий:

Введите текст на картинке

Нет комментариев

Elements not found